Возрождение планеризма в Советской России.

Первой акцией, направленной на возрождение планеризма в Советской России, следует считать организацию планерного класса в «Аэро-Студии» созданной при «Летучей лаборатории» — научно-исследовательском учреждении Воздушного Флота. Планерный класс был учрежден приказом по «Летучей лаборатории» № 16 от 25 мая 1919 года и предназначался «…для изучения элементов теории постройки безмоторных аэропланов и полетов на них». 7 сентября 1919 года в пустовавшем помещении летнего ресторана «Мавритания» в Петровском парке Москвы состоялась лекция «История планеров», которую прочел основоположник теории авиации, всемирно известный русский ученый Николай Егорович Жуковский.

Слушатели курсов планеризма, которых было более 40 человек, изучали аэродинамику, прочность планеров и другие дисциплины. Лекции читали В.П.Ветчинкин, В.С.Денисов, Н.Д.Анощенко. Программы предварительно рассматривались и утверждались на коллегии «Летучей лаборатории».

Однако вскоре «Аэро-Студия» была вынуждена прекратить свою деятельность, ввиду нехватки, в Москве того времени, топлива, деревянное здание студии было разобрано на дрова. Но энтузиасты продолжали вести пропаганду через журнал «Вестник Воздушного Флота».

1.Летний ресторан Мавритания. 1901 г

Летний ресторан «Мавритания». 1901 г.

В институте инженеров Красного Воздушного Флота в 1921 году слушатель В.С.Пышнов сконструировал и с помощью группы товарищей построил планер. Но этом планере В.С.Пышнов, Б.И.Черановский, В.Н.Беляев, В.В.Уткин-Егоров и другие участвики группы постройки в ноябре 1921 года совершили на Анненгофском плацу около двух десятков полетов. Затем планер был разбит и не восстанавливался.

По просьбе инициативной группы любителей планеризма руководство Главвоздухофлота решило создать планерный кружок при Научной редакции Воздушного Флота. На организационном собрании 10 ноября 1921 года, по предложению В.П.Ветчинкина, кружок получил название «Парящий полет». Первым председателем кружка был летчик А.А.Жабров, которого вскоре сменил К.К.Арцеулов. В состав членов-учредителей входили: Н.Д.Анощенко, И.Н.Барановский, Видлер, И.А.Валентэй, В.П.Ветчинкин, В.М.Вишнев, В.Р.Гаршин, С.П.Кричинский, В.Е.Надашкевич, В.П.Невдачин, В.С.Пышнов, Х.Н.Славороссов, Б.И.Черановский, В.Г.Устьинцев, В.М.Ярошевский, Г.А.Шмелев.

2.В.П.Ветчинкин в студенческие годы.

В.П.Ветчинкин в студенческие годы.

Был разработан устав кружка, в котором оговаривались задачи, программа деятельности, состав и управление делами кружка. Основной задачей являлось «Всемерное развитие и распространение идеи безмоторного летания, планеростроения и планерного спорта, как необходимых предпосылок для развития мощного русского воздушного флота». Постановление коллегии НТО ВСНХ (Научно-технический отдел Высшего Совета Народного хозяйства) от 10 февраля 1922 г. по уставу планерного кружка «Парящий полет» гласило: «Передать на заключение ЦАГИ с тем, чтобы в ближайшем заседании Коллегии был заслушан по этому вопросу доклад ЦАГИ и члена коллегии В.Н.Переверзева».

13 марта 1922 года за подписью члена коллегии ЦАГИ Б.Н.Юрьева в ВСНХ сообщалось: «ЦАГИ, не имея возможности уделить на непосредственное руководство кружка, считает со всоей стороны крайне желательной поддержку начинаний кружка как в силу интереса проблемы безмоторного полета вообще, так и ввиду значения этих полетов для создания кадра подготовленных работников Воздушного флота Республики.» Уже 14 марта 1922 года Коллегия НТО ВСНХ постановила: «Признать принципиально желательным утверждение и регистрацию кружка планеристов. Окончательное редактирование устава, а также проведение всех необходимых для этого практических мероприятий поручить Члену Коллегии Ю.Н.Флаксерману совместно с В.П.Ветчинкиным и Б.Н.Юрьевым

Так родился и был оформлен первый советский кружок планеристов, которому в дальнейшем было суждено сыграть значительную роль в освоении с СССР парящих полетов и пропаганде планерного спорта.

Еще большую поддержку планеризм получил от руководства Воздушного Флота, когда 15 сентября 1922 года его научно-технический комитет, в состав которого входили А.Н.Туполев, Б.С.Стечкин, Н.Р.Бриллинг, В.Н.Фомин и др. известные ученые, вынес следующее постановление:

«Признать планерное дело заслуживающим всемерной поддержки со стороны органов Воздушного Флота, уделить из средств на опытное строительство кредиты на постройку наиболее интересных проектов планеров, привлечь к этому делу ЦАГИ, НТК и другие научные организации Воздушного Флота, обязав одного из членов Комитета следить за развитием планеризма и периодически докладывать НТК о таковом. Создать благоприятные условия для производства опытов с планерами.»

Лицом, содействующим развитию планеризма и представителем НТК в вышеупомянутом решении был старейший воздухоплаватель страны — Николай Дмитриевич Анощенко. Ему был внучен билет почетного члена кружка «Парящий полет» № 1. Первым практическим делом кружка «Парящий полет» была постройка планера А-5 конструкции К.К.Арцеулова в 1922 году.

3.Авиатор Н.Д.Анощенко. 1912 г

Авиатор Н.Д.Анощенко. 1912 г.

4.Константин Константинович Арцеулов около самолета Bleriot.XI

Константин Константинович Арцеулов около самолета Bleriot.XI. 1912 г.

Вскоре из простого кружка «Парящий полет» превратился фактически в объединение — Центральный кружок, т.к. у него появилось большое число провинциальных отделений. Такие отделения были созданы в Голицино, Подольске, Саратове, Наро-Фоминске, Ново-Богородске, Богородске, Глухове и других местах. Центральный кружок оказывал им посильную помощь. Так в 1923 году с целью пропаганды летного дела был организован прилет самолета в Голицино. Самолет пилотировал К.К.Арцеулов, а пассажирами были сотрудник журнала «Аэро» Е.Ф.Бурче и организатор голицинского планерного кружка И.П.Толстых. Прилет самолета способствовал развитию голоцинского кружка и заметно поднял интерес к авиации среди населения.

28 августа 1923 года состоялось совещание представителей отделений кружка «Парящий полет», на котором присутствовало 20 делегатов. Были приняты постановления регулирующие и облегчающие работу планерных кружков. В частности, был решен вопрос о подаче заявок на материалы и денежные сметы, необходимые для изготовления планеров в местных кружках.

I Всесоюзные планерные испытания 1923 года.

Мысль об организации Всесоюзных планерных состязаний возникла весной 1923 года среди членов планерных кружков «Парящий полет» и слушателей Академии Воздушного Флота, но практические действия по организации таких состязаний были предприняты лишь в июле. Инициатива исходила от К.К.Арцеулова («Парящий полет») и В.Я.Аррисона (АВФ), когда они составили мотивированное заявление и передали его председателю спортивной секции Общества друзей Воздушного Флота (ОДВФ) К.А.Мехоношину. Для организации планерного дела при спортсекции ОДВФ был организован Центр безмоторной авиации (ЦБА) во главе с К.К.Арцеуловым.

Именно Арцеулов подсказал подходящее место для этих соревнований — гору Узун-Сырт (в переводе с тюркского означает «длинный хребет, спина») недалеко от Феодосии в районе Коктебеля, в юго-восточной части Крыма, где и проходили до 1935 года одиннадцать планерных слетов.

Почему именно там, у синих скал Кара-Дага, решили провести состязания, история объясняет так. В 1920 году в окрестностях Коктебеля гуляли два друга — Максимилиан Александрович Волошин и Константин Константинович Арцеулов. Первый был поэтом и восторгался причудливыми очертаниями Кара-Дага, а его спутник был летчиком и планеристом. И когда шляпа Волошина, сорванная с его головы порывом ветра, к удивлению друзей, не упала с обрыва, а поднялась высоко над ними и пролетев опустилась далеко позади на склоне. Заинтересованный Волошин стал сам бросать шляпу с обрыва против воздушного потока. И каждый раз шляпа высоко взмывала, потом опускалась за гребнем. Наблюдавший за ним Арцеулов воскликнул: «Ведь это восходящий поток! Вдоль всего склона, обращенного к ветру! Здесь можно парить на планерах!»

Для координации всего планерного дела при спорт-секции ОДВФ был организован Центр безмоторной авиации во главе с Константином Арцеуловым. Президиум ОДВФ выделил на организацию состязаний 3000 рублей золотом. Средств этих было недостаточно, так как они требовались не только для организации самих состязаний, но и для окончания постройки планеров различных кружков. Поэтому решили привлечь к участию в организации состязаний учреждения и предприятия, заинтересованные в развитии воздушного флота.

Все планеры были построены в Москве. В Крыму предстояло их только собрать и сразу запустить в полет. До Феодосии их везли на поезде, а там хрупкие аппараты перегружались на арбы и весь этот конно-авиационный обоз медленно ехал по каменистой дороге в Коктебель. Из десяти прибывших на слет планеров к участию допустили девять. В порядке стартовых номеров это были: планер А-5 конструкции К.К.Арцеулова, «Маори» С.Н.Люшина, АВФ-1 «Арап» М.К.Тихонравова, «Стриж» В.С.Пышнова, «Коршун» И.П.Толстых, «Буревестник» В.П.Невдачина, «Парабола» БИЧ-1 Б.И.Черановского, «Макака» Н.Д.Анощенко и «Мастяжарт» С.В.Ильюшина.

АННОТАЦИЯ

 Лагерь первого Всесоюзного планерного слета. Гора Узун-Сырт, 1923 г. На стоянках планера, справа на лево: «Макака», АВФ-3 «Мастяжарт», «Буревестник», БИЧ-1 «Парабола», А-5, «Коршун», «Стриж», АВФ-1 «Арап». Планер С.Н.Люшина «Маори» в кадр не попал.

Итак, стартовало девять планеристов. Немного, если ориентироваться на нынешние масштабы. Но вспомним, какое это было время. И то, что девять планеров взлетали с горы Узын-Сырт, было достижением немалым.

Первым старт — а это было 3 ноября — принял «Буревестник». Леонид Юнгмейстер, его пилот, под напутствия планеристов сел в кабину. Стартовая команда дружно ринулась вперед с буксирными веревками в руках, планер дернулся из стороны в сторону, качнул крыльями и заскользил вдоль склона. Хотя не обошлось без казуса. Во время старта трос не отцепился от планера и в течение всего полета (49 секунд) цеплялся за землю, дергая планер. Второй полет «Буревестника» проходил успешно и длился 2 минуты 2 секунды. Первый намек на парение планера зрители увидели 5 ноября: поднявшись на «Буревестнике», Юнгмейстер взмыл над местом старта на 15-20 м и спланировал в Коктебельскую долину в 1,5 км от него. Продолжительность полета составила 3 минуты 24 секунды. Полет 9 ноября был не столь удачен. Планер после взлета стало со снижением сносить боком назад, на гору. При посадке планер перевернулся через крыло вверх колесами и упал. Ушибы, полученные Юнгмейстером, были незначительные и он не выбыл из строя.

В тот же день произошла авария с планером «Макака», который рухнул на землю сразу после взлета.

Планер «Маори» выполнил лишь четыре пробежки но отделиться от земли не смог. Так же не увенчалась успехом попытка взлететь на планере БИЧ-1 «Парабола», пилотируемом летчиком В.Ф.Денисовым.

12 ноября планер АВФ-1 «Арап» под управлением пилота В.Денисова совершил единственный полет дальностью 385 м и продолжительностью 1 минуту 5 секунд на высоте 70 м. При следующей попытке взлететь планер развернуло и у него подломилось крыло.

Планер «Стриж» на пробежках несколько раз разворачивало при попытке взлета, так что конструктору пришлось увеличить площадь руля направления. Однако и после этого планер не смог отделиться от земли.

Планер «Коршун» испытывал летчик И.А.Валентэй. Из-за задней центровки планер дважды получал повреждения. После переделки аппарата Н.А.Камарницкий совершил четыре полета вместе с конструктором и ряд полетов без пассажира, максимальной продолжительностью 27 секунд, дальностью 245 м, высотой 25 м.

Планер «Мастяжарт» легко отрывался от земли при почти полном безветрии, но продольное управление было недостаточным вследствие задней центровки. Закрепляя на ферме перед сиденьем летчика 12-фунтовую кувалду с длинной ручкой, добивались перемещения центровки вперед. Только после этого летчику Денисову удалось выполнить несколько подлетов на этом аппарате, наиболее длительным из которых стал полет 18 ноября 1923 года.

После аварии «Буревестника», получившего значительные повреждения, К.Арцеулов передал Л.Юнгмейстеру свой планер А-5 для дальнейших полетов, поскольку сам еще не очень оправился от травм, полученных им в аварии в Москве и ходил с тросточкой.

15 и 18 ноября Юнгмейстер на планере А-5 совершил рекордные полеты: первый полет проходил при ветре около 8 м/с и продолжался 41 минуту 10 секунд (высота над стартом 100 м). Второй полет продолжался 1 час 2 минуты 30 секунд на высоте 100 м, дальность полета — 1,5 км. Леонид Юнгмейстер сделал 26 «восьмерок» вдоль южного склона горы и совершил посадку на месте взлета, выполнив условия для получения награды — статуэтки Икара.

В первых Всесоюзных планерных состязаниях принимали участие летчики Юнгмейстер, Арцеулов, Денисов, Камарницкий, Анощенко, Валентэй, Раевский, Шмелев. Летчикам Л.Юнгмейстеру, К.Арцеулову, В.Денисову и Н.Камарницкому были присвоены звания пилотов-планеристов, а Леониду Юнгмейстеру, кроме того, звание пилота-парителя. За время состязаний было произведено 35 полетов общей продолжительностью 2 часа 5 минут 30 секунд. Победителем первых Всесоюзных планерных состязаний стал планер А-5. Эти соревнования показали доступность освоения парящих полетов и вселили уверенность, что планеристы СССР смогут с успехом конкурировать с зарубежными планеристами. Вот что писал о первых состязаниях выдающийся советский ученый, профессор В.П.Ветчинкин: «Русские планеры, построенные совершенно самостоятельно, без всякой копировки с заграничных образцов, по своим летным качествам не уступают лучшим заграничным парителям, а русские летчики за три недели достигли таких же результатов, каких в Германии достигли лишь на третий год планерных соревнований».

О состязаниях в Коктебеле писали газеты. Первые успехи планеризма усилили энтузиазм молодых авиаторов и во многих городах создавались новые кружки, все новые и новые энтузиасты начинали строить планеры.

.

.

Список источников:
А.П.Красильщиков. Планера СССР.
И.И.Шелест. С крыла на крыло.
А.С.Яковлев. Рассказы авиаконструктора.
Вероника Дерновая. Первые планерные состязания.